Рут Груббер: «…Чаще и чаще я вижу, что «еврейское» становится брендом, где все определяется набором затертых аксессуаров, а иногда и ядовитыми клише»

 Рут Эллен Груббер – американка, живущая в Европе – писательница, фотограф, редактор и независимый исследователь. В течение двух десятилетий она вела хронику еврейских культурных событий и всего, что связано с современными проблемами европейских евреев.  Среди ее книг – «Национальное географическое путешествие по еврейскому наследию: Путеводитель по Восточной Европе», «Письма из Европы (и не только)» и «Практический еврейский: Еврейская культура в Европе изобретается заново». Если вы владеете Интернетом и знаете английский язык, зайдите на ее блог блог по проблемам еврейского наследия — http://jewish-heritage-travel.blogspot.com/. Получите истинное удовольствие: Рут – умный, наблюдательный человек, легко и мастерски излагающий свои мысли. Если нет – предлагаем вашему вниманию ее статью – еще один взгляд на тему национальной идентичности и космополитизма.

БЕЗРОДНЫЙ КОСМОПОЛИТ
Жить, как Анна Франк?

РИМ (JTA) – Недавно в Интернете я наткнулась на онлайновое гостиничное агентство, которое прибегло к одному из самых безвкусных слоганов, какой мне доводилось видеть. Рекламировались квартиры, которые можно снять на время отдыха в Амстердаме.
«Квартиры для остановки в Амстердаме представляют квартиру Анны Франк» гласил баннер на веб-странице апартаментов. И обещал: «Живите, как Анна Франк, во время своего пребывания в Амстердаме, с ключами от собственной квартиры в мансарде под крышей».
«Живите, как Анна Франк?»
О чем вообще думали эти люди? Квартира, — гласила веб-страница, — занимает верхний этаж здания, расположенного «прямо напротив дома Анны Франк, в оживленном и живописном районе, известном своими ресторанами, ночной жизнью, специализированными магазинами и культурными достопримечательностями».
Оборудованная из чердака с крутым покатым потолком квартира имеет скоростной Интернет, собственную террасу и полный комплект постельного белья. Она «идеальна для двоих», но может вместить и четверых.
«Живите, как Анна Франк?»
Эта веб-страница превратила ее в какую-то богемную знаменитость, а вовсе не в девочку-подростка, которая два долгих года пряталась с родителями и друзьями в тесной «тайной пристройке», пока их не выдали немцам и не отправили в нацистский лагерь смерти.
Анна умерла в Берген-Бельзене в возрасте 15 лет. Дом Анны Франк теперь музей, который привлекает до миллиона посетителей в год. «Тайная пристройка» была сохранена, и экспозиция рассказывает трагическую историю, которая разворачивалась в этом скрытом пространстве.
«Живите, как Анна Франк?»
Что значит эта трансформация ужаса Второй мировой войны в маркетинговый ход для модной приманки? Еще один вариант «Шоа-бизнеса»? Или, может быть, имя Анны стало талисманом, таким абстрактным и безличным, что его можно резать, клеить и использовать без всякой связи со всей полнотой его смысла? Вы знаете Анну Франк, чудную маленькую девочку, жившую вдали от глаз в уютной мансарде, сладко мечтавшую о кинозвездах, о чем и поверяла своему дневнику.
«Живите, как Анна Франк?»
«Коммерциализации страданий Холокоста (или стоицизма, или героизма) – невежеством или злым умыслом – нельзя попустительствовать, — написал мой брат Сэм Груббер, президент Международной службы еврейских памятников, в резком послании рекламе апартаментов. – Даже когда это делается с намерением оказать почести жертве, подобная эксплуатация на самом деле принижает ее. Возможно, владелец квартиры подумал, что если Бродвей, Голливуд и издатели по всему миру могут зарабатывать на продаже своих версий Анны Франк, то ‘Почему не я тоже?’ В конечном итоге Дом Анны Франк – большая туристическая достопримечательность Амстердама. Так почему бы и соседям не получить свою долю?»
На самом деле Анна Франк находится под защитой, и к тому моменту, когда вы будете читать эту колонку, веб-страница «Квартира Анны Франк» уже, наверное, изменится, если вовсе не закроется.
Я сообщила другу из Дома Анны Франк об этой рекламе, и он заверил меня, что Фонд Анны Франк, который руководит работой музея, примет меры. Этот фонд осуществляет правовой контроль над именем Анны Франк, – пояснил он. Никто ничего не может называть именем Анны Франк без их разрешения.
«Это сделано специально, чтобы не дать использовать имя Анны Франк в коммерческих или туристических целях, — сказал он мне. – Иначе весь район был бы заполнен кафе Анны Франк и тому подобным».
Уже многие годы я пишу о том, как абстрактные понятия еврейской культуры могут стать коммерческим товаром в европейских странах, где сегодня живет очень мало евреев, если они есть там вообще. Ясно, что существует взаимосвязь между попыткой использования имени Анны Франк для сдачи квартиры и тем, как евреи, еврейские символы и еврейские стереотипы используются в других видах туристической рекламы по еврейской тематике.
Это особенно очевидно в Восточной и Центральной Европе, где появляется все больше «еврейских» кафе с непременными куглами, подсвечниками, клезмерами и китчем.
Меня этот феномен не так возмущает, как многих моих знакомых, но чрезмерное количество подобных заведений раздражает. В последнее время я раздражаюсь от этого все больше. Может быть, появляется все больше мест, вызывающих раздражение, а, может быть, просто число их превысило всякую меру.
Хотя все это не так однозначно. Ведь существуют же очаровательные еврейские кафе, где царит ненавязчивая, искренняя атмосфера. В Кракове владельцы одного кафе, Klezmer Hois, даже используют доходы от этого заведения на финансирование еврейского издательства и прекрасного магазина еврейской книги.
Однако чаще и чаще я вижу, что «еврейское» становится брендом, где все определяется набором затертых аксессуаров, а иногда и ядовитыми клише. В Лодзи есть небольшая сеть ресторанов «Анатовка». Кафе «Ариэль» в Кракове торгует магнитами на холодильник в виде карикатурных еврейских голов. Большая фигура еврея, считающего деньги, стоит перед рестораном «Цимес» в Киеве.
А самый недавний пример – новое еврейское кафе в заброшенном старом еврейском квартале Львова. Кафе выходит на обломки синагоги «Золотая роза» на окарине пустыря, где когда-то стояла главная синагога города.
Как кафе оно малосимпатичное: декор включает темное дерево и довоенные фотографии – свидетельства разрушенного мира. Однако в качестве завлекаловки клиентам предлагается надеть черные шляпы с приклеенными искусственными длинными пейсами. В меню не указаны цены – и посетители должны «торговаться», как евреи, относительно того, что с них причитается.
От всего этого бросает в дрожь, но, как я уже сказала, не все так однозначно. Сами евреи часто используют те же карикатуры в игривых упоминаниях или самоироничной самоидентификации.
Я была в этом кафе с группой евреев из Израиля, Северной Америки и нескольких европейских стран. Почти все из нас испытали неловкость, но в какой-то слегка шизофренический момент почти все из нас примерили шляпы…

Оставить комментарий

Ваш email не будет опубликован. Обязательные поля отмечены *