Пинхас Рутенберг – революционер, сионист, инженер, предприниматель, миротворец.

rytenberg24 января 1878 г. в Украине (на тот момент Российской Импреии) в г. Ровны Полтавской губернии родился Пинхас Моисеевич Рутенберг.  

Именно он был одним из организаторов русской революции 1905 года и шел во главе процессии рабочих во время «Кровавого Воскресенья»; этот же человек организовал убийство попа Гапона. В 1917 при Керенском был губернатором Петербурга, после переворота сидел в Петропавловской крепости. 25 октября (7 ноября) 1917 года в качестве руководителя обороны Зимнего дворца он сопротивлялся до последнего отрядам большевиков. Он же был одним из организаторов Американского Еврейского Конгресса, а вместе с Жаботинским  в 1914 г. создавал Еврейский Легион. Он разработал план электрификации Палестины, создал и возглавил существующую и сегодня в Израиле Электрическую Компанию («Хеврат Хашмаль»). В качестве главы Национального совета еврейских поселенцев подмандатной Палестины он был посредником между Бен-Гурионом  и Жаботинским; он же вел тайные переговоры с арабами и неоднократно встречался с королем Иордании Абдаллой. Руководил Хаганой в Тель-Авиве и Иерусалиме, входил в руководство Ишува.

Пинхас Рутенберг оказался в центре событий российской и еврейской истории первой половины ХХ века. Учился в хедере, реальном училище, Петербургском технологическом институте. Чтобы жениться на любимой женщине крестился. Затем, бежав из Росии, примкнул к сионистам и вернулся в иудаизм.

О революционном пути этого удивительного человека вы можете подробно прочесть в очерке Михаила НОСОНОВСКОГО для Сетевого портала Евгения Берковича «Заметки еврейской истории».

Нас же интересует период возвращения Пинхаса Рутенберга к еврейским корням и его роль в создании инфраструктуры еврейского Государства.

Поворот к еврейству.

Когда Рутенберг поселился в Италии, он отошел от политической деятельности и сосредоточился на инженерной работе. Общаясь с разными людьми, Пинхас Моисеевич пересматривает взгляды на человеческие отношения и на многие ценности. Тогда он впервые обращается к специфическим еврейским проблемам:

«В то время, еще задолго до войны, встали передо мной следующие вопросы. Почему я, культурный человек, обладающий определенным авторитетом, почему я стесняюсь своего “еврейского происхождения” и пытаюсь всеми силами и способами скрыть его от неевреев? Почему так же поступают очень многие другие евреи, люди, без сомнения обладающие уважением и авторитетом? Почему неевреи, те люди, к которым я отношусь с большим уважением, даже близкие мне, мои товарищи революционеры, за единичными исключениями, почему и они не “любят” евреев, почему они в глубине души – антисемиты? Почему этот антисемитизм, в той или иной форме, существует не только в России, где есть так много бесправных, преследуемых и унижаемых евреев, но и в других странах, где евреев мало и они имеют все гражданские права?»

Рутенберг приходит к выводу, что еврейский вопрос может быть решен только путем национальной организации еврейского народа.

С началом мировой войны большинство сионистов, разочарованных в политике Турции, выступает в поддержку стран Антанты. Рутенберг выступает с идеей создания боевой организации «Pro Cousa Ebraica» («За еврейское дело»), задачей которой будет помочь союзникам освободить Палестину. Он посещает ряд европейских столиц, встречается с видными политиками и руководителями сионистского движения. Идея создания еврейских боевых отрядов была поддержана не всеми. Многие полагали, что сионистское движение должно сохранять нейтралитет, поскольку открытая поддержка Антанты может привести к катастрофическим последствиям для находившихся под контролем Турции еврейских колоний в Палестине, а также для евреев Германии и Австро-Венгрии. Одним из противников Рутенберга стал Хаим Вейцман. Рутенберг вступает в контакт с Зеевом Жаботинским, который совместно с И. Трумпельдором  также работал над организацией «Еврейского Легиона». По согласованию с Жаботинским Рутенберг решает отправиться в Америку с целью агитации среди самой большой и влиятельной общины среди нейтральных стран.

В мае 1915 г. Пинхас Рутенберг прибывает в Нью-Йорк. Здесь он оказался втянут в политическую борьбу еврейских организаций, которые намеревались создать структуру, способную сформулировать требования сионистов после победы союзников в войне. Рутенберг в основном поддерживает связь с левыми организациями, такими как «Поалей Цион», с Давидом Бен-Гурионом, Ицхаком Бен-Цви, Бером Бороховым.  Он вступает в контакт с Хаимом Житловским, и вместе они участвуют в создании Американского Еврейского Конгресса. Тогда же Рутенберг под псевдонимом Пинхас Бен-Ами издает на идиш свою книгу «Национальное возрождение еврейского народа», написанную им по-русски в Италии.

Будучи в Америке, Рутенберг разработал детальный ирригационный план для Палестины и план использования гидроэнергии. Претворение этого плана в жизнь становится его мечтой.

В Петрограде с Керенским.

В феврале 1917 года царский режим пал. Рутенберг был одним из многих эмигрантов, приветствовавших революцию и желавших вернуться в Россию. Когда в Нью-Йорк прибыл посланник нового правительства Борис Бахметьев, представители русской эмиграции организовали ему восторженную встречу в зале Мэдисон-Сквер-Гарден. Рутенберг был избран председателем собрания. В этом мероприятии участвовали и еврейские активисты, например, редактор газеты «Форвертс» Эйб Каган, однако, по понятным причинам, представители сионистского лагеря большого интереса к нему не проявили.

Благодаря своим связям, Рутенберг смог покинуть Нью-Йорк на одном из первых направлявшихся в Россию пароходов уже в июле 1917 г. В Петрограде его тепло встретил соратник по партии эсеров Александр Керенский, возглавлявший Временное Правительство и нуждавшийся в энергичных единомышленниках.. Несмотря на 12-летнее отсутствие в России и фактический отход от деятельности эсэров, уже через несколько дней Рутенберг был назначен заместителем главы города.

К осени возглавлявшийся Троцким петроградский Совет рабочих, крестьянских и солдатских депутатов стал органом власти, альтернативным рутенберговской городской Думе. Было ясно, что Советы намечают захватить власть и сместить Временное правительство. 21 октября (3 ноября) Керенский объявил о создании Высшего совета, наделенного чрезвычайными полномочиями с целью сохранения законности и порядка в составе трех человек: министра внутренних дел Кишкина, генерала Пальчинского и Рутенберга. Позже Рутенберг вспоминал, что предлагал Керенскому арестовать и казнить двоих – Троцкого и Ленина. Кто знает, прояви тогда Керенский решительность, может, история сложилась бы по-другому.

Во время штурма Зимнего Рутенберг был в числе последних защитников резиденции Временного правительства. 8 ноября он был арестован вместе с «министрами-капиталистами» и посажен в Петропавловскую крепость. В марте 1918 года, когда немецкие войска приблизились вплотную к Петрограду, большевики освободили многих заключенных, в том числе и Рутенберга. Он отправился в Москву, где занял пост в кооперативном движении, объединявшем производителей, которые не подверглись национализации сразу после революции. Помимо этого, Рутенберг уделяет внимание и сионистскому движению.

После неудачного покушения Фани Каплан на Ленина в августе 1918 года был развязан «красный террор» против эсэров. Рутенберг спешно покидает Москву и отправляется в Киев, столицу независимой Украины. Оттуда он направился в Одессу, где поступил на службу в качестве министра снабжения белого правительства, действовавшего под покровительством французской армии. Вместе с другими белоэмигрантами он вынужден перебраться в 1919 г. в Стамбул, а затем в Париж, где в это время руководители сионистского движения готовили свои требования державам, собравшимся на Версальскую мирную конференцию.

Нахман Сыркин вспоминал, что появление в Париже Рутенберга, с которым он расстался в Нью-Йорке за два года до этого, было подобно воскрешению из мертвых. Все были уверены, что он расстрелян большевиками, слух об этом распространился за несколько месяцев до того.

Неожиданное возвращение в Россию Рутенберга, давно отошедшего от российской политики, и назначение его на руководящий пост во Временном правительстве, как и бегство из большевистской России, является, пожалуй, самым  загадочным поворотом его биографии.

В Париже он возвращается к своей идее электрификации Палестины. Для реализации этого плана требовались инвестиции и требовалось получить концессию. Рутенбергу удается вступить в контакт с престарелым Эдмондом Ротшильдом, который рекомендует его своему сыну, британскому финансисту Джеймсу Ротшильду. Благодаря этому ему удается собрать десятки тысяч фунтов на свой проект.

В подмандатной Палестине.

В конце 1919 года сорокалетний Рутенберг совершает алию. В его планы входит строительство сети электростанций в Палестине. Однако первой проблемой, с которой он столкнулся в 1920 году, стали беспорядки арабов, протестовавших против планов англичан создать еврейский национальный очаг в Палестине. В апреле беспорядки переросли в погромы. Ответом стало создание Жаботинским и Рутенбергом отрядов самообороны («Хаганы»). Жаботинский вскоре был арестован британскими властями.

Следующей проблемой было получение концессии и поиск инвестиций для строительства электростанций. Предполагалось осушить малярийные болота долины озера Хула в верхней Галилее, превратив их в плодородные земли. После этого использовать значительный перепад уровня воды между Мейромом и Кинеретом (700 футов на 15 миль) для получения электроэнергии. Этот план был принят экономической комиссией при Сионистской организации.

Одним из политических препятствий на пути этой программы стала демаркационная «линия Пико-Сакса», разграничивавшая французскую и английскую зону оккупации. Эта линия была основана на тайном соглашении 1916 года, т.е. до захвата союзниками Палестины и Сирии у Турции. В соответствии с ней, верхняя Галилея и часть Иорданской долины попадали во французскую зону. Фактически это означало, что Палестина, не имеющая запасов нефти или угля, оказывалась полностью лишенной источников энергии. Лидеры сионистов стремились мобилизовать свое влияние в Англии и США, чтобы добиться отмены линии Пико-Сакса, делившей историческую страну Израиля на две части. Луи Брандайс обращался в начале 1920 г. к президенту Вудро Вильсону с просьбой принять во внимание интересы сионистов и британскую декларацию Бальфура от 1917 г., согласно которой в Палестине должен быть создан еврейский национальный очаг. При обсуждении вопроса о границах и о водных ресурсах проект Рутенберга по использованию водной энергии играл роль ключевого аргумента. В результате переговоров и уточнений границы в 1920 г. (отдельные изменения продолжались до 1924 г.) Франция отказалась передать Британии бассейн реки Литани и Голанские высоты, но согласилась на отдачу верхней Галилеи, верховий Иордана и части р. Ярмук. По согласованной тогда линии проходят сегодняшние международно признанные границы Израиля с Ливаном и Сирией.

Следующей задачей Рутенберга стало получение от британского правительства концессии на строительство небольшой ГЭС на Ярконе в районе Тель-Авива.. Министром колоний, от которого во многом зависило решение этого вопроса, был Уинстон Черчилль, с которым Рутенберг уже встречался в Лондоне. Черчилль лично посетил Палестину в 1921 г. в сопровождении барона Джеймса Ротшильда и ознакомился с деятельностью Рутенберга. В 1922 году Рутенберг, заручившись поддержкой сионистского руководства в Палестине и британского губернатора Герберта Самуэля, отправляется в Америку для поиска инвестиций. Американское еврейство было поглощено внутренними проблемами и разделено на два лагеря: сторонников Брандайса и сторонников Вейцмана. Рутенберг в целом встретил теплый прием, хотя некоторые левые бундовские газеты осуждали его «контрреволюционную» роль в событиях 1917-19 годов в России.

В это время вспыхнул скандал в связи с концессией. Британские газеты и ряд политических деятелей обвинили правительство в том, что концессия предоставляется иностранному, русскому предпринимателю якобы с нарушением интересов британских компаний. Одной из причин было опасение, что Рутенберг закупит оборудование в Германии, а не в Англии. Лорду Бальфуру и Черчиллю пришлось давать объяснения по этому вопросу в Палате Лордов. Показателен следующий диалог:

Депутат: «Соответствует ли действительности опубликованное The Times сообщение, что г. Рутенберг – один из самых опасных русских революционеров, что он убил священника Гапона сразу после первой русской революции?»

Уинстон Черчилль: «Уважаемый депутат не может требовать от меня сообщить ему полную биографию инженера Рутенберга, поскольку это не входит в круг моих обязанностей. Однако я могу с точностью утверждать, что было бы безумием считать г-на Рутенберга большевиком. Г-н Рутенберг был изгнан из России именно из-за своего активного сопротивления большевизму и его учению».

“Русский Монополист” обтрясает Палестину, контракты сыпятся Фрицам, британский налогоплательщик – с носом. Карикатура из “Evening News” 7.5.1922.

Керенский также выступил с заявлением в прессе о том, что Рутенберг проявил себя как честный и ответственный администратор и не является сторонником большевиков. Сам Рутенберг спешно прибыл из США в Англию.

Рутенберг сумел преодолеть все препятствия, и в 1923 году была создана Палестинская Электрическая Компания. Тогда же появилась первая электростанция, и электричество пришло в Тель-Авив. В 20-е годы электрические столбы и линии электропередач становятся новым элементом пейзажа страны Израиля. К электросети подключается Хайфа, Тверия и другие города. В 1930-м году строится сравнительно крупная электростанция в Нахараиме, в месте впадения Ярмука в Иордан. «Старик из Нахараима» – под таким прозвищем стал известен Рутенберг среди еврейских колонистов.

Рутенбергу удалось привлечь в совет компании многих именитых британских политиков: лордов Самуэля, Рэдинга, Хирста.

Электростанция на Ярконе.

Социалистическое прошлое Рутенберга сближало его с левым лагерем в сионизме. В то же время он сохранял тесные связи с Жаботинским и «ревизионистским» правым течением. Рутенберг не занимался политической деятельностью в прямом смысле слова, не принадлежал ни к одной из партий, почти не известны его статьи или выступления на злобу дня. Одновременно он обладал огромным авторитетом и связями как в Палестине, так и среди европейских и американских политиков.  Все это делало его идеальной компромиссной фигурой, человеком, способным «наводить мосты» и сближать позиции разных групп.

В 1929 году резко обострились арабо-еврейские отношения. В траурный день 9 ава, когда евреи оплакивают разрушение иерусалимского Храма, произошли арабские нападения на евреев у Стены плача.  Рав Кук  обращается к Рутенбергу с пробьой использовать свое влияние среди англичан, чтобы обеспечить безопасность в этом святом месте. Желанием в кризисный момент найти человека, пользующегося авторитетом среди поселенцев разной политической ориентации, как и среди британских властей, было вызвано назначение Рутенберга главой Национального Совета (фактически, правительства еврейских колоний Палестины). Помимо связей, настойчивости и политической беспристрастности, людей привлекало, что он не стремился к саморекламе, в отличие от многих политиков, склонных бросаться словами на ветер. Рассказывали, что он однажды отказался разговаривать с репортером итальянской газеты «Корьерра делла сера», имевшим к нему рекомендательное письмо от самого Муссолини. «Я занят. Пусть господин придет завтра», – сказал Рутенберг.

В 1934 году он пытается преодолеть разногласия между Бен-Гурионом и Жаботинским. При посредничестве Рутенберга они пришли к соглашению, однако, оно не было утверждено правлением Всемирной сионистской организации. Во время строительства плотины в Нахараиме он устанавливает контакты с королем Иордании Абдуллой, который проявлял интерес к предприятию. Впоследствии он использует эти связи, когда совместно с Моше Смилянским  и рядом других политиков-евреев пытается договориться с арабами о программе взаимопонимания (предполагалось, что Электрокомпания будет давать энергию и в Трансиорданию). Переговоры эти, однако, не имели успеха. Британские власти использовали Рутенберга для установления неформальных контактов с Муссолини: во время одной из многочисленных поездок в Европу Рутенберг встречался в Риме со своим давним знакомым, теперь итальянским диктатором.

Открытие станции в Нахараиме. С Рутенбергом – Верховный Коммссионер Палестины Эдгар Вакоп и король Заиорданья Абдула.

С началом Второй мировой войны Рутенберг вновь становится главой Национального совета. Он пытается предпринять меры для спасения немецких евреев. Однако здоровье его ухудшается, и в 1942 году Рутенберг умирает в Иерусалиме. Перед смертью он выступил с призывом к единству к еврейской молодежи и завещал свое состояние Фонду Рутенберга для молодежной деятельности. Его дом на горе Кармель в Хайфе стал крупным молодежным центром.

Гидроэнергия не стала основным источником электричества для Израиля. Станция в Нахараиме была разрушена иорданцами во время войны в 1948 году. Однако компания «Хеврат Хашмаль» («Электрокомпания») оказалась основой инфраструктуры еврейского государства. Рутенберг начинал свою деятельность в России как борец против угнетения и за народное благо. Но сегодня его вспоминают не как революционера, не как соратника Керенского. «Старик из Нахараима» остался в памяти потомков как человек, принесший свет и энергию в Тель-Авив, Хайфу, Иерусалим, как человек, стремившийся к единству и взаимопониманию.

По материалам очерка Михаила НОСОНОВСКОГО «От разрушения к созиданию: Пётр Рутенберг – революционер, сионист, инженер, предприниматель, миротворец».

Оставить комментарий

Ваш email не будет опубликован. Обязательные поля отмечены *